Господу видней

* * *
Пугают концом света -
Пройден земли путь,
Кому-то и страшно это,
И я не в восторге ничуть.
Солнца погаснет лампада,
Исчезнет течение дней.
Но если так Господу надо,
Значит — Ему видней.

* * *
А родину стоит винить ли
За серость её лица?
Записанное на винили
Все же стирается.
И пусть заграница в моде,
Пусть там не излишек плетей.
Но ласковая не родина
Родимой земли не святей.

* * *
Дамбы сметает водою,
Рушатся башни-здания.
Черные дыры доят
Целые мироздания.
Воины грозят и пожары,
Сели селения жамкают;
Лава Помпею жарила,
Было Помпее жарко…
Не надо заламывать рученьки,
Аппендицитно охать;
Что у тебя там рухнуло? —
Это не катастрофа.

* * *
Уходим, уходим в туманы,
Как будто бы в никуда.
Какие нас ждут страны?
Какие нас ждут города?
А может быть это остров,
А может быть — материк.
Но мы уже не вернёмся
И не расскажем о них.

* * *
А я ещё не все сказал,
Ещё заботой отуманен.
Последний ждёт меня вокзал,
И проездной билет в кармане.
Дорога эта не нова,
Она любую спесь сбивает.
Зачем последние слова?
Последних вовсе не бывает.

* * *
Тяжела судьба светила:
Все на слом да все на слом;
Посмотри, как раскатило,
Раскрутило, разнесло.
Догорает словно память
Солнце — яркая гора.
И засасывает пламя
Жадно чёрная дыра.

* * *
Сгорают огромные здания
Лишь искорку бросит ладонь.
В таком мы живем мироздании,
Где правит мороз и огонь
Рушатся громкие планы
Искр их коснешься чуть.
Любовь — это тоже пламя,
Презрение — холод чувств.

* * *
Надо быть господином грусти,
До изжоги ли, до отрыжки.
А иначе козу впустишь,
И останутся лишь кочерыжки.
Все, конечно, здесь под уклоном,
Но о худшем зачем колоколить?
И рожденные Аполлонами
Мало значатся сидя в безволии.

* * *
Половодье птичьего пения,
И рассвета живые цвета,
Трав зелёное переплетение,
И черёмухи духота.
Все в восторга представлено ракурсе,
И лучи вниз — за нитью нить.
Это все нам даётся для радости,
Научиться бы это ценить.

* * *
Лес снова на год старше стал,
Подрос настойчивый подлесок…
Усталости большой довесок
На сердце с высоты упал.
Печали веточки дрожат…
Уверенность втекает в слабость
Не надо! Слышишь? Ну не надо
Тебе осеннего дождя.

* * *
А, впрочем, все в природе правильно,
И смысла нет винить года?
Все нами не туда направлено,
Хотя мы думаем — туда.
В свою упёрлись правду рогами,
Свою нормальной кличем слабь.
Себя должны ругать за многое,
А не природу осуждать.

* * *
Кругом любовь, кругом рождение,
Кругом красавцы и красавицы,
Ну, прямо страсти наваждение,
Признаться, мне такое нравится.
Любовь! Любовь, как ты отчаянно,
Душой владеешь и утробою.
Одно печально: ты кончаешься
То ненавистью или злобою.

* * *
Никто не живёт два века,
Два сердца не носит в груди.
Иди наклоняясь от ветра,
Упал, встал и дальше иди.
Душою крепчай и телом,
Цветущее все любя.
И не твоё это дело,
Где время засыплет тебя.

* * *
Река течёт под толстым льдом
Едва-едва, и не искрится.
Какой невзрачный, тесный дом,
Какая мрачная темница.
Лютует грозная зима,
Своих скликает домочадцев…
Но это надо принимать,
Едва журчать, не возмущаться.

* * *
Видно, я проморгал свою жизнь,
Видно, часто не в верное верил,
И не в гору шагал – круто вниз,
Так заметно, по крайней мере.
Обошёл очень много преград,
Нарывался частенько по-крупному.
Всё мне хочется переиграть,
Но об этом мечтать глупо.

Господу виднейПоэзия

Господу видней
Поэзия